?

Log in

No account? Create an account

berezin_fb


Березин Ф.Б. Одна жизнь через четыре эпохи


Previous Entry Share Next Entry
92. Чукчи в Ленинграде. 2
berezin_fb
Как уже отмечалось,  у чукчей, обучающихся в Ленинграде, время от времени возникала потребность прерывать учёбу, оформлять академический отпуск для того, чтобы пожить в тундре. Частота, с которой возникала такая потребность у разных учащихся, время, на которое они прерывали учёбу (чаще всего академический отпуск брался на год, реже на два, а академический отпуск на 3 года был отмечен только один раз, и этот случай был описан в предыдущем тексте) обнаруживали выраженные индивидуальные различия. Однако, общим было то,  что у всех учащихся в Ленинграде уровень тревоги был достоверно выше, чем у обучающихся в Анадыре, и потребность в академическом отпуске обычно возникала тогда, когда тревога достигала наибольшего уровня.

Пребывание в Ленинграде, по-видимому, предъявляло наибольшие требования к адаптационным механизмам субъекта, поскольку нарушение психической адаптации в Ленинграде наблюдалось более чем у 40% учащихся-чукчей, в то время как в Анадыре  приехавшие в педагогическое училище из чукотской глубинки нарушение психической адаптации обнаруживалось только у 33%  обследованных. Это различие было достоверным. Но важно было установить, что именно вызывало напряжённость адаптационных механизмов. Для того, чтобы ответить на этот вопрос мы воспользовались методикой оценки  частоты фиксированных событий (фиксированными событиями мы называли такие события, которые фиксировались самим субъектом и рассматривались им как события в его жизни), предложенной Холмсом и Рае, поскольку каждое новое событие изменяет ситуацию и требует адаптационной перестройки. Важное значение при этом имеет эмоциональное отношение к событиям, которое в упрощённом варианте  может выражаться в оценке события как желательного или как нежелательного. На практике это выглядело так: испытуемый получал специальный бланк, где перечислялись наиболее обычные в жизни человека события и ему предлагалось отметить их наличие или отсутствие. В отдельной графе отмечалось отношение к этому событию – было ли оно желательным, нежелательным, или воспринималось как нейтральное.

Увеличение числа событий, которые расценивались субъектом как желательные, всё же повышает уровень эмоционального напряжения, и, соответственно, риск нарушения психической адаптации. В наибольшей мере тревога и эмоциональное напряжение, и риск нарушения адаптации возрастает при увеличении числа событий, которые расцениваются субъектом как нежелательные.

Количество событий, которые фиксировали в Ленинграде ленинградцы, обучающиеся в институте им. Герцена, всегда было меньше, чем количество событий, которые фиксировали обучающиеся там же выходцы с Чукотки, а уровень тревоги у чукчей возрастал параллельно увеличению количества событий. В той группе приезжих с Чукотки, где количество событий не обнаруживало достоверных различий с количеством событий у ленинградцев, отмечался наименьший уровень тревоги и реже всего возникало нарушение психической адаптации. Входившие в эту группу также брали академические отпуска, но обычно не более одного за всё время обучения. Общее среднее количество событий в этой группе  составляло 8,1, а среднее количество нежелательных событий – 2,6. За пределами группы чукчей, не имевшей достоверных различий по числу событий с ленинградскими студентами, при общем количестве событий 9,2 и количестве нежелательных событий 2,9 уже возникала неустойчивость психической адаптации, а при общем количестве 10,5 и количестве нежелательных событий 3,8  возникали и стойкие нарушения психической адаптации. И при неустойчивости психической адаптации и при стойких её нарушениях можно было установить связь потребности в академическом отпуске с недостаточностью адаптационных механизмов. События, которые отмечали испытуемые чукчи, относились ко всем основным сферам, с которыми события могут быть связаны. Это были ситуации потери, причём, потеря не обязательно означает смерть кого-либо из близких людей, длительно  расставание тоже создаёт ситуацию потерю, и если на Чукотке оставались близкие испытуемым люди, расставание с ними  фиксировалось как событие. Второй сферой по частоте фиксируемых событий было изменение социального контекста. Отношения между людьми на Чукотке и отношения между людьми в Ленинграде сильно различались, и чукчи пытаясь установить отношения с ленинградцами, действуя по чукотским стандартам, нередко терпели неудачу.

Если изменения социального контекста приводили к возникновению конфликтных ситуаций в ближайшем окружении, то существенно возрастало общее количество фиксируемых событий и резко возрастало событий, расцениваемых как нежелательные. Значительное число событий, в том числе расцениваемых как нежелательные, были связаны с нарушением, разрушением социального контекста, который являлся почти неизбежным следствием перемещения с Чукотки в крупный европейский город. Другой стороной этой же медали является необходимость вхождения в новый социальный контекст, который, в целом, оценивался испытуемыми как желательный, но действия, которые были необходимы, чтобы в этот контекст войти, часто оказывались нежелательными. Например, вхождение в этот контекст требовало коренной перестройки оценок, ценностных ориентаций, установок.

На социально-психологическом уровне развитию нарушений психической адаптации способствует, во-первых, большая массивность психосоциальных стрессоров, которые зависят от макросоциальных процессов, затрагивающих большую группу людей, и, во-вторых, значительное количество индивидуально значимых стрессоров, связанных с теми или иными сферами социального взаимодействия личности.

Для иллюстрации всего изложенного можно привести следующий рисунок.


1 – макросоциальные взаимодействия, которые могут носить, во-первых, характер непосредственно контакта с макросоциально значимыми факторами, и, во-вторых, характер информационный, когда угрожающее макросоциальное взаимодействие  возникает вследствие воздействия средств массовой информации.
2 - индивидуальные особенности лиц, с которыми осуществляется взаимодействие
3 – характер внутригруппового взаимодействия
4 – межличностные взаимодействия
5 – особенности личности и актуального психического состояния испытуемого, которое в существенной мере изменяет восприятие макросоциальных взаимодействий и влияет на взаимодействие микросоцальное.
6-8 – различные уровни нервного регулирования
9 – изменения состояния органа или исполнительной системы под влиянием всей обозначенной на рисунке пирамиды воздействий.

Я хочу попросить извинить меня за научный характер изложения прочтённого Вами текста (я надеюсь, всё-таки прочтённого). Я упростил его насколько смог, и попробую привести несколько примеров, которые сделают его понятнее и снимут у вас напряжение, которого требовало понимание изложенного материала.

Во время проведения обследования открылась дверь, и в двери встала девушка-чукчанка второкурсница, внимательно рассматривая сидевшего возле двери юношу-чукчу, который только начал учёбу на первом курсе. «Вы хотели что-нибудь спросить?» – сказал я. «Нет, - ответила она, - у меня просто нет друга, и я смотрю на этого мальчика, он мне нравится». «Ну, может ты подождёшь, пока кончится исследование и мальчик выйдет из аудитории?» «Нет,  - сказал девушка, - во-первых, он мне нравится уже сейчас, и я хочу им любоваться, а во-вторых, я не знаю, кто и что ему скажет за то время, что двери будут закрыты. А мне очень нужен сейчас друг». Она дождалась юношу (я уже не препятствовал процессу любования), взяла его под руку и куда-то повела. Потом я встретил  их в коридоре вместе, и когда мальчик отошёл к буфету, я спросил: «Ну что, стал он тебе другом?» «Ещё нет, но я думаю, станет. Очень трудно переносить одиночество. Здесь другие люди, к ним нужны другие подходы. Я этих подходов не знаю, и подлаживаться мне неприятно. Всё равно, я вернусь на Чукотку, и нужно только найти здесь чукчей, среди которых можно жить так, как будто ты с Чукотки не уезжала». «Значит, нужно несколько таких юношей?» «Нет, такой юноша нужен один, но тогда мы становимся парой, и центром притяжения для всех чукчей, которые нас видят».

В следующий наш приезд в Ленинград в наступающем учебном году картина несколько изменилась. Чукчи по-прежнему хотели организовать чукотское сообщество и жить в основном в этом сообществе, но я уже встретил  несколько пар девушек-чукчанок с юношами-ленинградцами. Я спросил свою прошлогоднюю знакомую: «Положение изменилось, вы научились общаться с ленинградцами?» «Ну, - сказал она, - если разрешите, я скажу вам откровенно. Дело не только в умении установить с ними общении, этому мы постепенно учимся. Но если дело доходит до близких отношений, то становятся важны другие факторы». «Например?» - спросил. «Ну,- сказала она, - может быть неловко об этом говорить, но они пахнут по-другому. К этому можно привыкнуть, но довольно сложно». То, что речь шла именно о запахе, напомнило мне эпизод, который был у меня в Москве с гостем с Чукотки. Он вышел на балкон, потянул ноздрями и сказал, указывая в сторону Внуково: «Аэродром там». «Откуда знаете?» - спросил я. «Бензином пахнет». «Смотрите, - сказал я, - на какой проспект выходит этот балкон, сколько здесь машин! Здесь всюду бензином пахнет». «Нет, - сказал мне мой гость, - только оттуда авиационным бензином пахнет». И, вспомнив этот эпизод, я подумал, что для чукчей запах может стать решающим фактором установления взаимоотношений.

В этот же день когда, когда я разговаривал с девушкой-чукчанкой,  ко мне радостно бросились несколько юношей-чукчей, и я не сразу понял, что это группа, с которой я 4 года назад работал в Анадыре. Они расплывалась в радостных улыбках, как будто бы встретили родного человека, и даже юноша, имени которого я ни разу не назвал, ограничиваясь псевдонимом «староста», несколько поумерил свою постоянную строгость и суровость. «Давно приехали?» - спросил я. «Только что» - сказали они. «Так вы, наверное, голодны? Пойдёмте в буфет». После минутного колебания они согласились, и, сидя за большим круглым столом, мы вспоминали наши встречи в Анадыре, сам Анадырь и их друзей, с которыми они меня знакомили там. И староста сказал: «Сколько бы ни было там приезжих европейцев, я знал, что они никогда не будут знать Чукотку так, как знаю её я, и понимал, что это моя страна. А сейчас у меня очень тяжело на душе, как будто я потерял свою страну и приехал в совсем чужой мне край. Это тяжёлая потеря, это самое печальное событие в моей жизни». «Зачем же вы приехали?»  - спросил я. «Я художник, - ответил он, - здесь я буду работать с большими мастерами, и когда я верну себе Чукотку, я, может быть, смогу стать её славой». «Ты будешь как все, резать Пеликенов?» «Пеликена тоже можно сделать по-разному. Сколько Мадонн написали европейские художники? А известна Мадонна Боттичелли. Но не только Пеликена буду резать, вы же были на Чукотке, там сюжетов неисчислимое количество». И потом, засмеявшись, добавил: «А вместо Мадонн я буду резать Основательниц рода».


Пеликен – бог домашнего очага.

Основательница рода.


Никто из жителей Чукотки не собирался жить в Ленинграде, или оставаться там на сколько-нибудь длительное время после окончания института. Но однажды я увидел странную компанию. Несколько  чукотских девушек шли под руку с милиционерами. Одну из них я знал, и весело спросил: «Далеко ли направляетесь?» «Мы просто гуляем» - ответила она. А на следующий день она сама меня нашла и сказала: «Вы не подумайте  чего плохого, просто мы думаем, не выйти ли нам замуж за этих милиционеров». «А мне говорили, что они не так пахнут». Она засмеялась и сказала: «Ну, к запаху мы, в общем, уже привыкли. А жёнам милиционеров безоговорочно дают ленинградскую прописку». Я удивился, это был первый случай, когда чукотская девушка собиралась остаться жить в Ленинграде. «Ты не вернёшься на Чукотку?» - спросил я. «Вернусь, конечно, но у меня появились новые пристрастия, которых раньше не было – я полюбила ходить в театр, оказалось, что у меня хороший слух, дирижёр сказал – абсолютный. И мне очень нравится опера, а, может быть, я когда-нибудь и сама буду петь. Сейчас я прописана в Певеке. Жить в Певеке с ленинградской пропиской мне никто не запретит, а вот с пропиской в Певеке в Ленинграде долго не проживёшь». Я подумал, что глобализация – процесс всеобъемлющий, и для того, чтобы избежать его унифицирующего влияния нужно никогда не видеть никого, и не говорить ни с кем, чей вид, запах, взгляд, мысли (а всё это создаёт образ жизни) хоть как-нибудь отличаются от твоих.


  • 1
Феликс Борисович, спасибо. Едва ли не лучшее, что я читал за последний год.
Одно конкретное благодарное наблюдение. Вы очень ясно показываете, как мысль отливается в тестовые методы исследования и как в то же время эти методики не могут работать без продолжающейся мысли - интерпретирующей.
Чудесно живые образы чукчей.
Один вопрос, если можно: а почему и положительно оцениваемые события повышают уровень эмоционального напряжения? По здравому смыслу вроде бы не должны.

Спасибо, рад, что Вам понравился этот текст. Честно говоря, сомневался, могло оказаться слишком много науки, и поэтому сделал конец нарочито лёгким.
Любые события вносят существенные изменения в систему человек-среда, и, соответственно, увеличивает нагрузку на адаптационные механизмы. Желательное событие переизбрания в президенты едва не загнало Б.Н. Ельцина в могилу.
Гениальный специалист по микроэлектронике Ф.Г. Старос, зная, что ему гарантировано избрание в члены-корреспонденты АН СССР (а это было желаемое событие), умер от инфаркта в ночь перед избранием.
Всё же, желаю Вам благоприятных событий.

Рад, что я Вас заинтересовал, мне это всегда приятно. До связи.

Меня тоже заинтересовало, почему позитивно оцениваемые значительные события повышают уровень напряжения?

Ответ чукчи-художника - параллель с европейскими художниками, столетиями рисующими образ Мадонны - мне показался глубоким и остроумным. Также очень интересен оборот, который он использовал: "Когда я верну себе Чукотку" - как будто без нее он не чувствует себя целостным существом.
Вообще, вся вторая часть очень образна и иллюстративна в отношении первой.
Спасибо, Феликс Борисович!

Дорогая Женя, отвечая другому пользователю я только что привёл два факта, когда очень благоприятные события приводили к инфаркту миокарда, в одном случае со смертельным исходом. Любое серьёзное событие вызывает выраженное напряжение адаптационных механизмов, потому что меняется соотношение человек-среда, а такое изменение, даже в желательном направлении, повышает требование к адаптационным механизмам тем больше, чем значительнее событие.
Мне очень жаль, что первый Ленинград мне не удался, но если второй Вам это компенсировал, то, может быть, Вы забудете неудачу, которую я потерпел в первом :)
Рад, что Вы меня, всё-таки, благодарите.
With Best Wishes
F.Berezin

http://trzp.livejournal.com/206201.html?mode=reply - можно попросить Вас прокомментировать это?

Феликс Борисович, я давно с интересом читаю Ваш ЖЖ, но стеснялась комментировать. А сейчас очень захотелось задать вопрос. Надеюсь, он вам не покажется чересчур глупым. Вы пишите про то, что чукчам запах ленинградцев казался необычным. Я сейчас живу в Канаде и замечаю, что многие люди других национальностей мне пахнут по-другому, не всегда приятно, хотя по их внешнему виду очевидно, что с гигиеной это не связано. Такое восприятие людей на запах, насколько оно зависит от того, кто нюхает? Т.е. оно связано с особенностями моего восприятия или, действительно, люди объективно различаются по запаху? Если это зависит, скажем, от еды, значит ли это, что мой запах поменяется, если я, скажем, полностью перейду на индийскую кухню?

Не нужно стесняться задавать мне вопросы. Если я уж пошёл на то, чтобы иметь страницу в ЖЖ, я должен мириться с неизбежными последствиями :)
У меня обоняние плохое, и я не различаю по запаху разные национальности. Но от других людей неоднократно это слышал. Не думаю, что это зависит от кухни. Пример, который я приведу, касается не человека, а животного с исходно хорошим обонянием. Немецкая овчарка, принадлежащая одному из академиков, у дочери которого была приступообразная шизофрения, при приближении такого приступа забиралась под кровать и отказывалась выходить, пока девушку не увозили в больницу.

Феликс Борисович, а в какие годы происходило то, что Вы здесь описываете? Хотя бы приблизительно.

В Ленинграде было 4 исследования, все они происходили в первой половине 1980-х годов.

Текст прочтен, будьте уверены.
Последний абзац и вывод про глобализацию пронзительны и точны.

И, некстати, попался короткий ролик с мыса Шмидта как отгоняют медведя http://www.youtube.com/watch?v=ZTxRxVST3x0&feature=player_embedded

Для чукчей в Ленинграде отсутствие медведей - не главная проблема. Хотя, в некоторых чукотских родах белый медведь считался покровителем рода.
Ролик посмотрел, очень интересно.
До связи, надеюсь, скорой.

Феликс Борисович, огромное спасибо за Вашу книгу - прочёл буквально за ночь на одном дыхании и с нетерпением жду продолжения.

По случаю, могу ли я в личном сообщении испросить у Вас совета, пользуясь такой возможностью и Вашей любезностью?

Я не слишком хорошо понял, о какой книге идёт речь, но если это моя книга, а Вы прочитали её с удовольствием, то этого достаточно.
Возможность послать лично сообщение, естественно, есть. Насколько я смогу быть Вам полезным мне станет ясным, только тогда, когда я с этим сообщением ознакомлюсь.

Я встречала такое мнение, что представители азиатской расы совсем не потеют, и запах пота европейцев кажется им отвратительным. Правда ли это?

Представители азиатской расы (я полагаю, имеется жёлтая раса) потеют, хотя в нашей климатической полосе они потеют мало, так как у них значительно более жаркий климат. Насчёт запаха пота, то если запах пота человек ощущает, то он всегда кажется ему менее приемлемым у человека другой расы.

(Deleted comment)

Условия на Чукотке резко отличаются от тех, в которых жили тысячи поколений наших предков
(так что, вероятно, к которым мы лучше приспособлены):
на Чукотке очень холодно.
Но и условия в Ленинграде отличаются не менее резко:
в Ленинграде очень много народу;
на протяжении сотен тысяч лет любой встреченный незнакомец был смертельно опасен, так что надо было его убить, в крайнем случае убежать.
Или это не главные причины трудностей с адоптацией?

Думаю, что нет. Угроза, тем более, угроза жизни, если она возникает без достаточного к тому основания, уже может быть расценена как психиатрический симптом. Правда, uno symptom - nigel symptom, т.е. один симптом - не симптом, но, во всяком случае, моё психиатрическое ухо встаёт торчком при таких словах. Трудность адаптации заключается в другом. Если это чужой регион, то нагрузка на адаптацию связана, главным образом, с тем, что достигнутый уровень адаптации не может быть использован в резко отличающихся условиях. Если же речь идёт об адаптации в своём регионе, она происходит постоянно, но встречает затруднения тогда, когда на единицу времени приходится значительное количество событий.

Большое спасибо, Феликс Борисович! про чукчей в СПб. -- чрезвычайно познавательно, а насчет научности не беспокойтесь: Ваши читатели либо сами ее любят, либо "толерантны" к ней.

Дорогой друг! Я был бы рад, если бы Вы были правы. Но, к сожалению, имеющие у меня данные показывают, что толерантность моих читателей к науке не слишком велика. Остаётся надеяться, что стерпится-слюбится.

С глубоким уважением,
Искренне Ваш
Ф.Б. Березин

Феликс Борисович, а что считается событием для системы адаптации? Должна ли быть эмоциональная составляющая, чтобы создать стрессовую нагрузку? Скажем, автомобиль, выходящий мне в лоб со встречной полосы. Может ли это быть информационная перегрузка? Просто встречные автомобили с точки зрения водителя. А пустая информация, не требующая действий? Цифры, ползущие по экрану, рекламные щиты. Автомобили с точки зрения пассажира.
Наконец, информационное голодание? То, что испытывает женщина, сидящая дома с ребенком. Это будет стрессовой нагрузкой на систему адаптации?

Всякая ситуация, в которой блокируются какие-либо потребности, может считаться стрессогенной, и расценивается исключительно с точки зрения человека, чьи потребности блокируются. Я склонен думать, что идущая в лоб машина, блокирует потребность в безопасности. Но если водитель так нее считал, то для него это не стрессогенное воздействие. Переберите все свои примеры с этой точки зрения и Вы поймёте, где потребности блокировались, а где нет. Об одном только хочу сказать: если у женщины, сидящей дома с ребёнком, выражена потребность в общении, то она в этой ситуации блокирована, и, следовательно, такая ситуация является для упомянутой женщины стрессогенной.

Глубокоуважаемый Феликс Борисович!
Я не чукча в Ленинграде, а русская москвичка в США, доктор наук, бифизик,профессор.
Явно страдаю от нарушения социальной адаптации. Выдержать здесь мне помогали только ежегодные четырехмесячные полёты на Родину. Когда два лета такой возможности не было, я очень страдала. А, попав в мае 2012 домой, психологически ощутила себя как будто бы меня выпустили свободу после трех лет тюремной камеры.
Ваши посты о чукчах помогли мне понять, что в этом нет ненормальности.
Спасибо.

Дорогая Татьяна,
мне нужно обращение по имени, если в отношении Вашего имени я ошибся, поправьте меня, пожалуйста.
Можно было ориентироваться не только на рассказ о чукчах в Ленинграде, но и на обсуждение стресса эмигрантов.
Вот ссылка: http://berezin-fb.livejournal.com/120224.html
По-видимому, до этого места моего рассказа Вы ещё не дошли.
Ваша ситуация не просто нормальна, она типична. Однако, люди, которые покинули Москву ещё во время существования Союза, испытывали ностальгию в США, но при первом же визите в Россию, находящуюся в эпохе разбойничьего капитализма, понимали, что их ностальгия не может быть устранена возвращением в Москву. Они испытывали ностальгию не по месту, не по языку, а по образу жизни, которого теперь не существует нигде.
Надеюсь, в США Ваши знания в области биофизики были востребованы, а Ваша степень доктора наук признана. Очень хотелось бы, чтобы Вы написали, оправдываются ли мои надежды. Я хорошо знаком с человеком, который уехал в США потому, что только в США или во Франции он мог получить 3 миллиона долларов, необходимые ему для натурного эксперимента. В России вопрос о получении таких денег он даже не поднимал, поскольку понимал, что получить их здесь невозможно. Именно с необходимостью продолжить работу, которая на территории, называемой сейчас Россией, не была востребована, в основном связана «утечка мозгов». Основной поток «эмиграции мозгов» пришёлся на 90-е годы. Сейчас этот поток обмелел, поскольку «мозгов» в России осталось мало. Лет 20 назад я проводил круглый стол в Mercy-clinic в Калифорнии. Тогда я спросил у присутствующего на круглом столе руководителя psychology department, который, если я правильно понимаю, в Москве назывался бы деканом психологического факультета: «Если бы я предложил вам свои услуги, приняли ли бы вы их?». Он ответил отрицательно, и, поясняя свой ответ, сказал, разводя руками: «Age…» Я понял, что время для эмиграции я упустил. Впрочем, в 63 года включение в совершенно иную среду вряд ли было бы успешным. Я не сожалею об этом. Финансирование моей деятельности в науке было полностью прекращено к концу 1995 года, но мои знания и опыт были востребованы корпорациями, которые имели возможность платить. Но человеку, которому хотелось бы продолжать научную деятельность, эмиграция представлялась бы единственно возможным выходом.
Мне хочется пожелать Вам благополучия и успеха в Америке. Нынешняя Россия не подходящий объект для ностальгии. А стресс эмигрантов в большинстве случаев проходит через 3-4 года проживания в другой стране. Конечно, Ваши длительные визиты на Родину, хотя и облегчали Ваше состояние, но продляли стресс эмигранта.
Будьте счастливы, по возможности.
Ф.Березин

92. Чукчи в Ленинграде. 2

Ух тыыыыы!!! Как я удачненько зашла? Спасибочки, на одном дыхании прочитала))

Re: 92. Чукчи в Ленинграде. 2

Дорогая Нанет,
приятно приветствовать гостью. Я думаю, что в моём журнале Вы можете найти немало интересного. А если Вас интересуют чукчи, то о них написано в материалах экспедиций.
Мне приятно познакомиться с новым читателем и услышать от Вас положительную оценку.
Всего Вам самого лучшего,
Ф.Березин

(Deleted comment)
Глубокоуважаемый Алексей!
Мне очень приятно, что Вы прочли, и я благодарен Вам за то, что откликнулись. Пеликенов у меня несколько штук, и все разные. Грустно, но в одну из этих фигурок чукотская поэтесса Кымытваль, дочь и преемница Великого белого шамана, вдохнула душу Елены Дмитриевны. Именно эту фигурку пеликена унесли воры, обокравшие нашу квартиру, а Елена Дмитриевна умерла. Хорошо понимаю, что здесь нет причинно-следственной связи, что это игра совпадения вероятностей. А за душу все-таки зацепило. А остальные пеликены стоят. В них не вдыхалась ничья душа.
Еще раз благодарю Вас за отклики и жду новых.
До связи,
Березин

(Deleted comment)
  • 1