Березин Ф.Б. Одна жизнь через четыре эпохи (berezin_fb) wrote,
Березин Ф.Б. Одна жизнь через четыре эпохи
berezin_fb

Categories:

304. Экспедиция в Подмосковье. 15. Технологи. 2.

Поскольку даже в усреднённых результатах технологической группы не было характерных для всех ранее исследованных групп психодиагностических данных, указывающих на интериоризацию социальной нормы, то я решил не довольствоваться усреднёнными показателями, а изучить индивидуальные данные у всех исследованных технологов. Из результатов моей работы с индивидуальными данными следовало, что ни один и из работающих в НПК технологов не руководствовался нравственным императивом Канта. Более того, почти у половины из них отмечался социальный протест и неосознаваемая склонность к диссоциальному поведению.


Конечно, я не могу утверждать, что эти качества характеры для всей профессиональной группы технологов. Ведь НПК был довольно особой организацией, и распространять полученные там результаты на большие профессиональные группы было бы некорректным.


Станки с числовым программным управлением для нужд производства.
Фото: crabchick

Хотя диссоциальные наклонности исследованных нами технологов, даже неосознаваемые, могли лежать в основе затруднений, возникающих у окружающих их людей, а им самим ничто не угрожало, одна из базовых потребностей - потребность в безопасности - у них почти никогда не была полностью удовлетворена. Они постоянно ощущали себя в ситуации нападение-бегство, причём их высокая самооценка исключала для них бегство как выход из опасной ситуации, и в результате этого они выбирали нападение. Нападение, возможно неосознанно, принимало социально одобряемые формы, чаще всего форму исполняемого долга. Долг не позволял им щадить людей, потому что им представлялось, что они служат более высокому сообществу. Они требовали от людей, контроль над которыми вменялся им в обязанность, таких форм профессиональной деятельности, которые ухудшали результаты. Ухудшение результатов не было осознанной целью технологов, просто квалификация сотрудников, которых они контролировали, была значительно выше, чем их собстенная, тем более в областях разработки и конструирования, о которых технологи иногда имели довольно смутное представление. В НПК не были заведены обвинения в чей-нибудь адрес в письменной форме, а у большей части технологов была потребность письменно зафиксировать результаты своего контроля. Одна женщина-технолог, считая, что результаты её контроля указывают на недостаточный профессионализм конкретного конструктора, написала об этом в министерство. Министерство сформировало комиссию, от членов которой Юрий Борисович не отходил, разъясняя им значение каждого их шага и каждого возможного их решения. Когда комиссия покинула НПК, Юрий Борисович провёл совещание всей группы технологов:
- Я прошу вас, чтобы никакая деятельность внутри НПК, никакие аспекты этой деятельности, не обсуждались за пределами нашей организации. Я понимаю, что в людях проснулся литературный талант, который требует удовлетворения и признания. Я не хочу гасить свечу этого таланта в самом начале. Пишите, но адресуйте мне, тем более что мне не нужно создавать комиссии, я приду и посмотрю.


При взгляде из НПК даже естественное зарево выглядит как запуск экспериментальной ракеты.
Фото: niko-matveev

После этого совещания никакие прямые обращения в министерство, даже устные, не повторялись, потому что контролировать Юрия Борисовича технологам не вменялось в обязанности. А при том, что их потребность в безопасности была недостаточно удовлетворена, они ожидали, что деятельность, неугодная Юрию Борисовичу, может стать опасной для них самих. Они чувствовали себя в большей безопасности, если имели возможность сохранять «старые, добрые, проверенные технологии», но эти технологии не позволяли ни выпускать, ни разрабатывать новые современные изделия. Технологам не удавалось «жить как в добрые старые времена». Уровень их интеллекта позволял им понимать, что воздействовать на ситуацию напрямую или через министерство таким образом, чтобы в НПК были только такие технологии, которые ими давно изучены и которые они знают лучше, чем другие сотрудники НПК теперь удаётся им в незначительной степени. Таким образом, чтобы уменьшить нагрузку на механизмы, осуществляющие адаптацию, улучшение аллопсихической адаптации (т.е., как уже упоминалось, такой адаптации, которая восстанавливает равновесие в системе человек-окружение через изменение окружения) было недостаточно. В такой ситуации организм, защищая себя, интенсифицирует функционирование интрапсихической ( внутри их собственной психики) адаптации, которая осуществляется участием психологических защит.
Мы обнаружили два типа наиболее значимых психологических защит: концептуализацию и соматизацию тревоги. Концептуализация (обобщенное название для нескольких форм защит) у технологов была представлена в основном механизмом отчуждающей проекции. Вообще, проекция как психологический механизм представляет собой распространение собственных психологических черт на нейтральный внешний объект. Она зависит от особенностей личности человека и изменяет видение внешнего объекта и представление о нём (так, например облако представляет собой нисходящего Христа для монаха и целующихся голубей для влюблённых). Отчуждающая проекция отличается тем, что она позволяет видеть у окружающих свои собственные нежелательные качества. То, что мы обнаружили именно эту разновидность концептуализации, не было для нас неожиданностью, всё, что мы уже знали об этой группе, позволяло нам предположить, что отчуждающая проекция как психологическая защита хорошо согласуется с уже имеющимися знаниями об этих людях. Концептуализация вообще мощная психологическая защита. Отчуждающая проекция, пожалуй, самый мощный механизм внутрии концептуализации. Отчуждающая проекция могла действовать с достаточной интенсивностью неограниченно долго, её эффект совпадал с тем, что наши испытуемые вообще думали о людях в организации. Действие этой психологической защиты только утвердило их в убеждённости что они практически не имеют таких черт личности, которые можно было бы назвать отрицательными. Отчуждающая проекция позволяла видеть отрицательные качества практически во всех окружающих. Социометрические методики позволяют убедиться, что отрицательные черты личности, которые наши испытуемые-технологи наблюдали у других людей, представляли собой качества самих испытуемых.



А это действительно запуск экспериментальных ракет, только запускаемых из-под воды.
Фото: nebr

Соматизация (т.е. представление испытуемого о существовании у него симптомов более или менее тяжёлой соматической болезни) была у технологов выражена значительно меньше, чем концептуализация, но больше, чем соматизация во всех ранее исследованных группах. И, как всякое представление о соматической болезни контрагента, соматизация вызывала не сопротивление окружающих, а сочувствие. Это сочувствие усугублялось тем, что врачи НПК находили соматические заболевания и назначали лечение. Чаще всего симптомы, которые они видели, представали собой соматические компоненты тревоги. В этом случае, как уже упоминалось, наиболее частым был диагноз вегето-сосудистой дистонии. Но соматизация как психологическая защита могла наблюдаться и у людей, у которых уже существовала соматическая болезнь, такая, например, как гипертония, язвенная болезнь 12-перстной кишки, приступообразные нарушения сердечного ритма. При наличии таких болезней соматизация утяжеляла внутреннюю картину болезни, превращая эту картину в гипергнозическую, при которой степень осознаваемой пациентом тяжести болезни больше, чем тяжесть его болезни по мнению врача.
Однако, соматизация, по мнению самих испытуемых, мешала им реализовать властные полномочия, и поэтому соматизация встречалась не только реже, чем концептуализация, но и определяла поведение только на короткое время.

Продолжение следует.


Tags: научно-производственный комплекс
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments