Category: производство

632. Риддер – место моей личной экспедиции.

В город Риддер я получил распределение после окончания Черновицкого медицинского института. Комиссия, занимавшаяся распределением, послала меня в Риддер, чтобы я понял, что мои политические прегрешения (http://berezin-fb.livejournal.com/3766.html) не забыты.  Только я получил назначение из тёплого уголка Украины на Северо-Восточную окраину Казахстана. Я не пробовал возражать. Из сведений, которые мне сообщили, главным для меня была полная самостоятельность работы и организация с ноля службы психиатрии и медицинской психологии в небольшом городе, который был важным центром  цветной металлургии.  Рудники, полиметаллический комбинат давали городу большие доходы, и на этих предприятиях работали высококвалифицированные специалисты, которые могли мне оказать очень существенную техническую поддержку. Я не ошибся, распределение в Риддер было одной из самых больших удач в моей жизни. А если учесть, что в этом городе я встретил Елену Дмитриевну, то одна из самых больших удач превращается в исключительную удачу. Вокруг центра цветной металлургии было царство дикой природы, снежные вершины, которые там называли «белками», горные леса  и участки альпийских лугов. Горные реки вращали турбины электростанций, а на электростанциях тоже работали люди, и когда квалификации местного участкового врача не хватало,  разобраться в ситуации обычно посылали меня. Об одной такой командировке я напишу позднее.
Я приехал в Риддер начинающим врачом и уехал из него сформировавшимся специалистом с уникально широким профилем. Когда я писал о Старике, я как будто вернулся в те времена моей жизни, и поэтому я решил опубликовать несколько слайдов, отражающих места моей личной экспедиции.


Риддер постепенно переходил в предгорье.
Фото: f-283004

Collapse )


promo berezin_fb january 13, 2015 11:03 86
Buy for 10 000 tokens
В декабре исполнилось три года со дня выхода монографии «Методика многостороннего исследования личности: структура, основы интерпретации, некоторые области применения», которую я с глубокой горечью могу назвать своей. Оба моих соавтора умерли в самом начале работы над книгой. Я писал…

212. Знакомство с объединением "Апатит". 9

Мне хочется рассказать об ещё одном событии-аварии, нарушив ради этого строгость хронологии, поскольку авария, о которой я собираюсь писать, произошла через два года после уже описанных. От водителя N., который был одним из участников этой аварии, никто не ожидал создания или реализации аварийной ситуации. Он склонен был многократно взвешивать свои действия, был склонен к сомнениям и осторожности, и строго соблюдал правила и порядок, описанный в перечнях и инструкциях. Он был чрезвычайно добросовестен, скрупулёзен таким образом, что ради этого готов был отказываться от удовольствий и на всякий случай сокращал межличностные связи. Его педантичность и приверженность социальным условиям была широко известна в его колонне водителей. В то же время в экстремальных ситуациях у него резко возрастало общее чувство напряжённости, тревога, а иногда в сложных ситуациях появлялся страх, который мог доходить до степени паники. Однако, поскольку N. тщательно продумывал все действия, связанные с его профессиональной деятельностью, на работе у него не возникали экстремальные ситуации и соответственно не наблюдались выраженные тревожные явления и тем более, направленный страх.

Collapse )

130. Конец Полярного

Дину я больше не видел. Но меня интересовала и судьба Полярнинского ГОК. Я всегда интересовался судьбой тех мест, где мы когда-то проводили исследования. Как правило, в этих местах происходили большие перемены, и, как правило, эти перемены были к худшему. В Москве меня навестил Чебалдин, который покинул Полярнинский ГОК в 1992 году, уже зная, что новое руководство, которое придёт в 1993 объявит о неперспективности добычи золота на прииске «Полярный». Собственно поэтому он и уехал на материк, а поскольку он собирался уехать на материк через три года после начала работы на Севере, у него всё было готово к этому – был дом, был сад, ждали уже старые родители и уже подросшие дети. Он регулярно поддерживал связь с людьми, которые работали на Полярнинском до конца, и его рассказ был грустным.
Collapse )

26. Ускорение "Скорой". Лошадь оставили.

Больным местом в здравоохранении города становилась служба "Скорой помощи". Собственно, надо было говорить о двух службах, потому что свою станцию "скорой помощи" имел город, и свою - медсанчасть полиметаллического комбината. Когда об этом зашёл разговор, ситуация сразу показалась мне неадекватной. "Скорая помощь" города обслуживала все вызовы, "скорая помощь" комбината - только рабочих комбината. У станции скорой помощи комбината было 4 машины и из них одна полноприводная, у городской помощи машин было 3, из которых одна большую часть времени ремонтировалась, а не работала, а полноприводную машину заменяла лошадь. Между тем, квалификация персонала в городской скорой помощи была выше, а когда из Ленинграда приехал врач, окончивший интернатуру по реаниматологии, то его явно было невозможно использовать при таком низком техническом оснащении.

Collapse )

22. Город вздрогнул.

Город вздрогнул, звякнули стёкла, с деревьев посыпались сучья, а в воздух взлетела крупная пыль. Профессор Беклемишев, который попросил меня проводить его до инфекционной больницы, сказал мне удивленно: «Разве здесь сейсмическая зона?» «Нет, - сказал я, - здесь просто зона, в которой живут крупные люди, способные потрясти землю». Он засмеялся и дальше мы шли молча, я вспоминал, как в прошлом году мы сидели на песчаном пляже Громатухи, в том единственном месте, где её можно было переплыть. Компания была большая, она разбилась на группки в каждой из которых шёл свой разговор. Малкин и Алборов сидели в сторонке, говорили странные для меня вещи.

Collapse )